Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

страсти

Началась Страстная неделя. Протест многих православных против закрытия храмов совершенно закономерен и вызывает у меня всякое сочувствие. Ведь действительно много лет людей учили, что участие в богослужение - главный признак воцерковленности, основное выражение принадлежности к христианству. И вот, эта основная, базовая для людей реализация своей христианской идентичности оказывается заблокированной. Недовольство всех спектров неизбежно. Люди попадают просто в претыкание. Как же так? Даже вполне согласные с изоляцией сожалеют, что не могут быть в храме. Потому что все вертится вокруг храмового богослужения.
И одновременно - как все это резонирует с евангельскими темами! Христос ведь воспринимается иудеями как нарушитель традиции, как разрушитель храма, как угроза идентичности иудейского народа. Он вторгается в пространство подготовки в празднику Пасхи, он будоражит и нервирует. Страх и ненависть к нему очень понятны, потому что он несет угрозу.
Разумеется, тут не прямые параллели, но общая тема религии, человека, Бога.
Я надеюсь, что эта нынешняя ситуация подвигнет нас опять задуматься - что же такое христианство? Что же принес людям Христос?

наша жизнь

Литургия в подмосковном храме. По разным признакам видно, что священник хороший,
не формалист, людей привлекает, служит усердно. Литургия, потом сразу молебен,
потом перед крестом проповедь. Говорит с душой, с чувством, увлеченно.
Но что именно говорит?
Все смешалось в проповеди: и ничтожные неоязычники, и великий князь Владимир,
и 300 тысяч на крестном ходе в Киеве "наших", и жалкие кучки раскольников,
и наше благочестие, и святые, и апостол Павел, и явление Серафиму Саровскому,
и 1000 лет православия, и глава государства Владимир, и 14 подводников, и гомосексуалисты, и Христос.

Может быть я не уловил основной мысли, может ее и не было,
но основной рефрен чувствовался - "сила", "величие", "мощь".
Цитата : "Какие там меньшинства...сила нашего благочестия сметет их всех с лица земли".
Что же. Мы с этим хорошим священников явно по-разному мыслим о христианстве.
И хотя Писания читали аж 3 чтения апостольских, 3 евангельских, да еще и на молебне одно,
но вот как-то обошлись без Евангелия.
"Не знаете какого вы духа".

папа

Евангелие от Иоанна (прошедшего воскресенья).
Имя - "Отец".
Кто это?
Как много разного люди подразумевали и подразумевают под этим именем.
А сейчас у нас в культуре , в этом гендерном алхимическом котле,
в этом взрыве концепта "семьи" - тем более.
Евангельский отец из причти о блудном сыне -
он вовсе не суровый римский владыка жизни своих домашних, а скорее такой "шведский папа".
И в основной молитве мы говорим - "Отец".
Ну, а по нашему - "папа", "папочка".
Это безумие конечно, бытовое, богослужебное безумие.
Конечно, лучше спрятаться за архаику "Отче",
ведь как Творца Вселенной звать всерьез - " папочка"!
Как это? Как это?
Как бежит к тебе трехлетний ребенок и издалека кричит - "паааааапааааааа"! "пааааааап"!
Я не знаю, но он знает - как это.

Неудобные новомученики.

День новомучеников.
Отчетливо видно, как за последние 15-20 лет менялось отношение к мученикам XX-го века. От воодушевления и интереса - к формальному почитанию. Сейчас - написаны иконы, составлены службы, кое-где построены храмы. Отдали должное, и достаточно. Остро чувствуется, насколько неуместны они сейчас и потому отправлены висеть в углу, чтобы вспомнить пару дней в году. В общем, много можно об этой трансформации можно писать.

Но я в данном случае только о тексте тропаря. Тогда, лет 20 назад мне казалось, что не так это важно, что там написано, главное - их подвиг, возвращающий во времена первых христиан, главное их верность Христу перед лицом гонителей.

Однако обратимся к тексту: "Тех предстательством, Долготерпеливе Господи,// страну нашу в Православии сохрани до скончания века". Вот ведь, здесь в тексте заложены семена трансформации памяти - от универсальности христианского подвига мучеников - к "стране", " православию". Или как в тропаре священномученику : "Русь Святую утвердити в Православии// до скончания века" - опять эти мечтания о "святой Руси", о "сохранении в Православии и благочестии".

Эти семена - концепты консервации, замыкании на страну, на православие, на народ, на благочестие, на святую Русь, - дали именно тот образ нашей церкви, который сейчас главенствует. Это очень печально... и понятно.

Богач и Лазарь.

В прошлое воскресенье читали в церкви притчу о богаче и Лазаре. Потом была проповедь, где священник повернул толкование в известную сторону - у богача даже имени нет, хотя все его тогда знали, и куча народов его лайкали, а вот Лазаря никто не лайкал, только собаки во френдах были, а посмотрите как все обернулось. Значит - круть, френды, лайки в мире ничего не значит для христиан, у них другая система координат.
Да, такой разворот известен и вполне возможен. Но меня в связи с этим текстом занимают другие вещи.

1. По своему содержанию - эта притча во многом носит общерелигиозный, общеэтический характер, она не специфически христианская. Идея "качелей" - "здесь хорошо- там плохо" и наоборот - встречается в разных уголках мира и в разное время, у разных учителей и народов. Так что преподносить ее как прямо суть христианства - неверно. Да и в целом - притча - жанр особый, с ним надо осторожно обращаться.
2. Притча ставит вопрос - что делает "идеальный тип христианина" в мире? На первый взгляд кажется - им/нам здесь ничего не нужно. Христиане сидят на чемоданах и ждут поезда, тоскливо поглядывая на часы - когда же? Когда же конец - личный или общий, который есть начало настоящей жизни. Здесь надо потерпеть, и побыстрее свалить отсюда. Как у Софрония - "по-христиански жить нельзя, по-христиански можно только умереть". И эта притча тогда рассматривается как еще одно подтверждение противоположности систем координат. Мне же кажется, что застревание только в одной этой фазе "неотмирности" (которая как фаза неизбежна), создает такой образ христианства, который неадекватен жизни подавляющего большинства нас, стоящих в храме. Эта неадекватность приводит к глубоким искажениям в жизни. Поэтому полезно думать, впрочем как и в других случаях - что нам говорят, и что из этого следует, и как я к этому отношусь.

на полях событий

Я отчасти рад этому происшедшему обострению в православной церкви.
Всякий кризис подталкивает нерешительных, колеблющихся, разрушает иллюзии.
Такое глубокое и неприкрытое обнаружение безумства церковных институций,
такие явные политические сего мира игрища,
(при этом на фоне все более глубоко секуляризованного мира),
подталкивают христиан к тому, чтобы еще раз понять -
на что надежды питать не стоит,
и на Кого надеться просто необходимо.

Бог и субкультура

Мне всегда не нравиться, когда начинают рассуждать о Боге,
погружаясь в густой церковный специфический язык,
такую смесь церковнославянизмов, воздыханий, поз.
Это все заносит нас на полочку "православие",
это все маркирует как "религиозных людей",
как какое то племя, которое будет сейчас исполнять
свой положенный этнографический танец.

Но мы же обращаемся к Творцу всего мира.
Мы же говорим и мыслим о Боге как Создателе всех людей.
И вот, эту универсальность я сейчас нахожу с большим основанием
в языке светском, бытовом, философском, психологическом.
Несколько парадоксальным образом ты лучше чувствуешь
общность со всеми людьми, причастность к общему человеческому уделу,
действительно ощущаешь себя "сыном человеческим" - перед Творцом мира,
сидя в кафе или общаясь с просто людьми, с неверующими...
Именно потому, что маркировка "религия", "вера",
сразу нацепляет на тебя раскрашенные перья,дает бубен и помещает на сцену.

наша жизнь

Так нечасто встретишь профессионала, мастера своего дела.
Настоящий мастер - учитель, священник, художник, певец, сантехник - редкость.
Но такая обычная вещь происходит с мастерами, да и просто с людьми,
которым выпал некий дар в жизни, которым что-то такое приоткрылось -
обусловленность этим своим даром, своим выбором, своим мастерством.
Все в мире рассматривается через призму этого "имения",
и диалог затруднен с таким человеком, потому что
он привязан к этому дару, и накручивает все вокруг него.
Наверное есть состояние внимания, принятия, живого интереса, "зрячести",
которое наступает, если человеку удается шагнуть дальше.
Но это такая редкость...

Религиозный градус

В европейских христианских церквях, особенно протестантских,
но и в католической также - собственно "религия" так сильно разбавлена,
что почти не чувстуется. Секулярный век, однако.
Когда же приходишь в нашу православную церковь, сразу ощущаешь совсем другой градус,
совсем другую концентрацию, градус другой, и аромат.
Во всем можно искать положительные стороны.
И в нашей ситуации - мы хорошо чувствуем контекст Евангелия,
ведь и Христос пришел в густо замешанный религиозный мир,
и для нас "мытари-фарисеи-первосвященники-храм-закон-обычай-и т.д." -
реальность, данная нам в ощущениях.

Долги временные и вечные.

Многим людям хорошо известна финансовая ситуация зависшего и давящего долга,
который надо погасить, но никак не получается.
Хронические долги - даже для существа легкомысленного,
может оказаться серьезным психологическим фактором, подталкивающим к депрессии.
Люди стараются отдать долги и не быть больше никому должными.
И как хорошо, когда совесть чиста, и ты ничего никому не должен.
Но может быть зря? Может полезней быть в должниках?

Многие думают, что мы всегда останемся должниками у Бога.
Образ Бога, беспощадного судьи вечных должников - страшен.
Тем более, что по сути долг и вернуть нельзя.
Что ни вздохнешь, то согрешишь + первородный грех.
Дотянуть бы до конца - с надеждой, что все долги спишут?

Получается, что верующие - всю жизнь живут с сознанием должника?
Всю жизнь прожить с нечистой совестью?
Но Христос уже однажды полностью отдал долг за всех.
Однако мы как-будто не знаем этого,
и живем в постоянном фоне нечистой совести,
и болеем и страдаем и умираем, хотя наш долг прощен.